Автор: [-ВС-] 
sasha_ru [П:16]
Рашка – уникальная страна. Кого только не встретишь на ее просторах – животных, великих людей из прошлого, космических
пришельцев, сказочных персонажей и т.д. Каждый житель Рашки хранит тайну своего происхождения, тщательно оберегая и пряча от посторонних глаз. Внешне неказистое имя (прозвище) зачастую скрывает под собой трепетное сердце и ранимую душу.
Эта история про одного из жителей нашей удивительной страны, который за короткое время стал почти героем своего времени.
Конечно, не каждый назовет его «героем», даже легендой его пока не назовешь, но имя его все чаще мелькает в хрониках жизни Рашки. Как говорилось в одной хорошей детской песенке: «Ребята, не сочтя за труд, скажите – как его зовут?»
Он всегда был неприметным тихим мальчиком. «Бревно кудрявое! Чурбан!» – кричали ему вслед соседские ребятишки.
От этих оскорблений он так расстраивался, что буквально сочился от горя липкой смолой.
Он бежал к ближайшему дому и начинал яростно тереться об стены, а потом гонялся за обидчиками в надежде утыкать их занозами с ног до головы. «Стружки с головы сними!» – ржали мальчишки, ничуть не пугаясь неуклюжего деревянного чудака.
А он в бессильной ярости топотал тонкими ножками и обещал нажаловаться деду – старому Пню.
Старый Пень любил его – ну, может, не за ум (у дедушки у самого в голове было всего 2 грамма опилок), но хотя бы за то, что они были родственниками…
Старый Пень был гордостью Заезженской мебельной фабрики.
Еще бы – головой деду служила лучшая тумбочка, которая когда-либо изготовлялась на фабрике!
Ноги-руки – обычные доски, во рту – две полусгнившие рояльные клавиши… На той же фабрике родился и он.
Правда, делали его из бракованных табуреток, поэтому он был маленьким и тщедушным – не то, что дедушка Пень.
Чтобы как-то смягчить жалкое зрелище, которое представлял собой новорожденный, дедушка воспользовался связями и выхлопотал ребенку 10 сосновых стружек. Вооружившись клеем, охая и кряхтя, старый Пень кое-как приладил стружки на голову внука, соорудив тем самым некое подобие прически. Когда ребенок немножко подрос, ему безумно нравилось разглядывать себя в лужах во время прогулок с дедушкой.
«Одувансик!» – указывал сучок, который служил ему единственным пальцем, на отражение в воде.
«Ага!» – улыбаясь, поскрипывал старый Пень…
Шло время, внук подрастал – то есть как-то раз по весне он покрылся молодой зеленой порослью…
И вдруг понял, что он сейчас в самом соку, а друзей-подруг – дай бог пара штук на складе наберется.
Точно, была у него подружка – Скалка Деревянная и один странный малый – Кузовок Берестяной.
Вот и все друзья, да и те дурачки какие-то…
Дедушка к этому времени почти превратился в труху, поэтому внук его чувствовал себя безмерно одиноким.
И вот в последний час старый Пень проскрипел на ухо любимому мальчику: «Внучек, пора мне… в кедровый лес!
Ты же знаешь, для нашего брата там просто рай… А ты, милок, не будь злым, не гоняйся за ребятишками! Поговори с ними! Не будут слушать, конечно, сперва – ты у меня ведь не то чтоб шибко умненький…
Зато башковитый! Вот и давай, по-хитрому, лаской и сказкой. А там уж пообвыкнешься – и делай, что хочешь!
Глупенький ты у меня, дык ведь…кхе…кхе…кх…»
И не договорил.
Долго еще горевал он по дедушке, размазывая смолу по щекам. И совсем было забыл про совет старого Пня.
Но вовремя опомнился – мебельную фабрику сожгли те самые мальчишки, которые давным-давно обзывали его Бревном.
«Меня, небось, сжечь хотели, а досталось Кузовку и Скалке! Бедные мои! Простите и прощайте!»
И пустился он в далекий путь, подальше отсюда, поближе к чему-нибудь другому.
Скитался по лесам – лешие выгоняли. Пробовал на работу устроиться – да уж больно сучковат был…
Забрел он в итоге в Тридевятое царство.
Кого там только не было – животные, великие люди из прошлого, космические пришельцы, сказочные персонажи и т.д.
Каждый житель хранил тайну своего происхождения, тщательно оберегая и пряча от посторонних глаз.
И увидел он, что внешне неказистое имя зачастую скрывало под собой трепетное сердце и ранимую душу.
«Вот мой новый дом!» – ликовал он – «Тут все такие же непонятные, странные…
И им тут хорошо! Значит и мне должно быть хорошо!»
И кинулся он со всеми знакомиться-общаться-целоваться.
Правда, поколачивали его частенько – уж больно любил он сунуть везде свой длинный нос. Да и сейчас поколачивают исправно.
Но, с другой стороны, что деревянному сделается?
И потом чувствовал он, что здесь он кстати, нужен он им вот такой, какой есть – прилипчивый, не в меру разговорчивый, хвастливый любитель поумничать.
И остался жить в Тридевятом царстве. И живет по сей день.
А как все-таки его зовут? Да вы и сами знаете!..
Халдей [П:25]
). Вот цитата из учебника:
